Small heart with Art

Получить помощь

Ламберт Грийнс: Личные истории мотивируют людей к борьбе с ВИЧ

В Украине до сих пор сложно представить, что в нашем МИД в обозримом будущем может появиться должность Посла по сексуальному, репродуктивному здоровью и правам человека. В маленькой благополучной Голландии это реалии, а вот в самой крупной стране Европы, в которой уже не первый год бушует эпидемия ВИЧ/СПИД, к правам человека, к репродуктивному и сексуальному здоровью власти равнодушны. И как показывает мировая практика, до тех пор, пока проблема ВИЧ/СПИД не становится личной историей политических лидеров, она не находит решения. Яркий тому пример – лидер ЮАР Нельсон Мандела, которого на борьбу с эпидемией ВИЧ/СПИД подтолкнула смерть его младшего сына. Ламберт Грийнс – Посол Нидерландов по сексуальному, репродуктивному здоровью и правам человека особенно ответственно воспринимает борьбу с ВИЧ/СПИД. На завершившейся недавно в южноафриканском Дурбане 21-й международной конференции AIDS 2016, глава общественной организации Small Heart with Art Евгения Смирнова обсудила с голландским дипломатом важность личной вовлеченности в преодолении ВИЧ/СПИД, а также значение для Украины следующей конференции, которая состоится в Амстердаме в 2018 году. Уже сейчас ее называют «переломной», так как она сфокусируется на эпидемии ВИЧ/СПИД в Восточной Европе, Центральной Азии и Среднем Востоке.

- Почему, будучи дипломатом, вы решили заняться проблемой ВИЧ? Ко всему прочему, в этом вопросе очень важна и личная вовлеченность.

Я дипломат, и каждые четыре-пять лет у меня другая должность. Сейчас я Посол по вопросам СПИДа Министерства иностранных дел Нидерландов. Когда работаешь с этой проблемой, ты просто не можешь не быть сопричастным. Только посмотрите вокруг – на этой конференции полно людей, и у каждого есть своя личная история, связанная с ВИЧ. Мне кажется, что ВИЧ – это последствие неравенства. ВИЧ-инфицированные люди часто являются жертвами сексуального или другого насилия, либо страдают от бедности – у них нет выбора, или нет доступа к образованию, или к товарам и услугам. И это меня очень злит, но также придает мне силы работать на полную. Вот это то, что касается личной стороны моей работы.

- Следующая конференция AIDS 2018 состоится в вашей стране. Скажите, почему организаторы выбрали именно Амстердам?

То, что следующая конференция пройдет в Европе очень важно. Во-первых, если посмотреть на последние данные о недавно инфицированных ВИЧ, то самые высокие темпы распространения болезни как раз в Европе, а именно в Восточной Европе, а также в Центральной Азии и на Среднем Востоке. Эти территории либо непосредственно в Европе, либо совсем от нее близко. Так что мы не можем не обращать на это внимание. Не думаю, что люди понимают, что даже в нашем регионе такие высокие темпы распространения ВИЧ. Во-вторых, я считаю, что мы должны показать нашим властям, что это очень актуальная проблема. Финансирование со стороны стран-доноров сокращается, но наши правительства не предлагают никакой альтернативы – я имею в виду западноевропейские власти, а также власти в Восточной Европе и Центральной Азии, включая Россию. Так что мы хотим, чтобы на конференции в Амстердаме приняли участие все желающие, в том числе страны Африки, Латинской Америки и Азии, и, конечно же, Европы. Мне хотелось бы, чтобы в конференции поучаствовали объединения людей, живущих с ВИЧ, а также представители власти – те, кто принимает решения, кто может донести эти проблемы до влиятельных и богатых людей. Это нужно, чтобы изменить текущую ситуацию. Мы надеемся, что Амстердам станет местом, где люди будут обмениваться мнениями и вдохновлять друг друга, особенно представители Восточной Европы и Центральной Азии.

- А как общественные объединения могут принимать участие в этом процессе?

Пока самый важный вопрос: как нам убедиться, что члены объединений людей, живущих с ВИЧ, по-настоящему включены в борьбу со СПИДом – на всех ее этапах, а не лишь формально. Именно они должны возглавлять борьбу с этой болезнью. И как мне, как представителю власти, помочь этим сообществам приехать на конференцию в Амстердам, чтобы получить возможность включиться в эту борьбу. Да, нами предусмотрено соответствующее финансирование. Мы предоставляем гранты, в том числе для стран Восточной Европы – Украины, например, и Центральной Азии – Таджикистана, Киргизстана, и Грузии тоже. Это фонд на 45 миллионов долларов США. Также есть еще один фонд – на 40-45 миллионов. Эти программы нацелены на укрепление местных организаций, работающих с населением, на расширение их возможностей по предоставлению услуг людям, живущим с ВИЧ, а также на поддержку в отстаивании их интересов перед собственным правительством, которое должно нести за них ответственность.

В Украине ситуация с ВИЧ очень серьезная, и мы крайне обеспокоены этим. Ведь ВИЧ – это такая проблема, которая должна волновать все общество, целую страну. Но и правительство также обязано брать на себя ответственность. Это проблема системы общественного здравоохранения. Как частное лицо или неправительственная организация вы не можете взять на себя всю ответственность за проблемы общественного здравоохранения. Именно власть должна этим заниматься, изменять важные законы, например, решать вопрос употребления наркотиков. По моему мнению, декриминализация употребления наркотиков является эффективной правительственной мерой. Следует хотя бы сделать так, чтобы лица, принимающие наркотики, сразу не попадали в тюрьму или реабилитационные центры. Программы уменьшения вреда для потребителей наркотиков очень эффективны – это показал опыт многих стран. Политика уменьшения вреда важна и действенна. Программы заместительной терапии, и что самое важное – лечения наркозависимых, причем не как преступников, а как людей, нуждающихся в помощи и поддержке. Это должно исходить от власти, и не только от министра здравоохранения, а и от правоохранительных органов, полиции, прокуратуры – вся система должна понять и принять, что потребители наркотиков – это люди, и они могут нуждаться в помощи, а не в наказании. Если людей интересует такой подход, я приглашаю их в свою страну. Мы как раз были одними из первых, возможно, даже первыми, кто успешно воплотил программы уменьшения вреда для потребителей наркотиков. И успешно не только с точки зрения прав человека – это к тому же положительно влияет на экономику и здравоохранение, потому что такие программы в конечном итоге экономят много средств. Поэтому иногда непонятно, почему власти так боятся общественных объединений и неправительственных организаций. Они же нужны нам, потому что помогают нам, как правительству, воплощать свою политику. Так что нам нужно работать сообща с этими организациями. А власть должна сделать свою политику открытой для участия гражданского общества.

- Каких изменений следует ожидать и что будет в приоритете на амстердамской конференции?

На конференции в Амстердаме мы определенно будем говорить о деньгах, потому что глобальное финансирование возможно сократится, и финансирование на национальном уровне будет становиться все важнее. Насколько же наши правительства готовы и способны взять на себя такую ответственность? Тут дело скорее не в деньгах, а в политической воле. Прекращение эпидемии СПИДа должно зависеть не от денег, а от самих обществ, от понимания ими того, что мы должны позаботиться о профилактике, об образовании – о сексуальном образовании, а также должны предоставлять медицинскую помощь. Лечение, конечно, важно, но это не единственна наша забота. Главное – сделать так, чтобы люди вообще не инфицировались, тогда не надо будет их лечить. Поэтому на будущей конференции будем говорить о деньгах, политической воле, профилактике. Также в Амстердаме сосредоточимся на проблемах основных групп населения, поскольку мы наблюдаем концентрацию эпидемии ВИЧ в основных группах населения в странах со средним уровнем доходов, как Украина. Это будет важный вопрос на нашей повестке дня.

- Более 90% ВИЧ-инфицированных в нашем регионе – это русскоговорящие, даже если мы говорим об Эстонии или Латвии. Здесь же я общаюсь со многими людьми и знаю, что у некоторых участников из России и Украины проблемы с переводом. Не понимают английский язык и потому не могут полноценно включаться в работу конференции. Может, следует уделить особое внимание русскоговорящей аудитории, которая за два года наверняка не выучит английский?

Я понимаю, о чем Вы. Да, есть такая проблема, и мы к ней готовы. Во время конференции мы обеспечим перевод на русский язык, причем не только в основных секциях, но постараемся предложить такую возможность участникам и в меньших, дополнительных секциях. Мы также постараемся сделать официальные приглашения для представителей из правительства, сделаем все, чтобы к нам приехали ученые и члены неправительственных организаций и т.д. И мы поможем им приехать в Амстердам – например, поспособствуем при получении визы или, возможно, оплатим поездку. Но главная наша цель – повысить уровень знаний. Вместе в голландской общественной организацией AFEW (AIDS Foundation East-West) мы запускаем программу, направленную на жителей Восточной Европы и Центральной Азии.

Очень важно дать людям возможность приехать в Амстердам. Нам известно о языковой проблеме. В марте этого года я ездил на московскую конференцию по ВИЧ/СПИДу. Там я общался с многими представителями власти и разных организаций из Восточной Европы, и у всех было два вопроса. Первый: «Можете ли вы прислать мне официальное приглашение?», а второй: «А на каком языке там все будет?». Так что я знаю об этой проблеме.

- А стипендии будете предоставлять?

Да. Дело в том, что мы будем именно принимать конференцию, а не организовывать ее – этим занимается ассоциация IAS (International AIDS Society). И они обязательно будут выделять стипендии для людей по всему миру. Понимаете, это ведь не конференция для стран Восточной Европы и Центральной Азии – это же глобальная конференция. Так что мы хотим видеть в Амстердаме людей со всех стран. Конечно, одна из главных проблем – это ВИЧ среди молодых девушек, особенно в странах Африки. В абсолютных цифрах это просто огромная проблема. Но мы также видим распространение ВИЧ и среди девушек в городах Украины. Так что Украина должна участвовать в конференции, мы хотим увидеть представителей вашей страны. И мы готовы выслушать всех непредвзятых людей, ведь единого правильного решения у этой проблемы нет.

- То есть следует ожидать дискуссию?

Мы открыты для любых мнений и готовы воспринимать чужой опыт.

Поэтому я сейчас хотел бы всех попросить подумать о том, что можно успеть сделать до 2018 года. Дело же не только в будущей конференции – важно то, с чем вы туда приедете. Так что начинайте устраивать воркшопы, пишите статьи и занимайтесь исследованиями, присоединяйтесь к НГО, расскажите СМИ о том, чем они могут помочь в деле распространения знаний о ВИЧ. Роль социальных медиа тоже очень велика. Люди часто боятся признаться о своем ВИЧ-позитивном статусе. А социальные медиа позволяют им получить много знаний. Так что власти могут через них предоставлять информацию людям, которые слишком боятся осуждения, поэтому не говорят об интересующих их проблемах. Например, если ты гей, но в твоей семье нельзя быть геем, что тут поделаешь? Но ты же тоже хочешь получить информацию или, по крайней мере, иметь доступ к ней.

- В нашей стране проблема ВИЧ-инфицированных детей просто ужасна. В Европе дети уже не заражаются ВИЧ от матерей, но в Восточной Европе и Центральной Азии - это до сих пор настоящая беда. 

Да, но есть и исключения – например, Беларусь…

- Беларусь – это только одна страна!

Но как у них это получилось? Как Беларуси удалось снизить уровень инфицирования среди детей? В Казахстане, кстати, аналогичная ситуация. И это хорошие примеры для целого региона.

- Тут еще нужно удостовериться, что официальная статистика соответствует действительности. На текущей конференции все заявляют, что в Африке ВИЧ тоже больше не передается от матери к ребенку, но если столько инфицированных молодых женщин, неужели вирусом не заразятся их дети?

Думаю, если молодая женщина или девушка знает о своем ВИЧ-позитивном статусе и беременеет, она может пройти курс терапии. Во время этой терапии и родов, если мать лечат, ребенку ВИЧ не передается. И это очень важно. В большинстве стран беременные ходят в женские консультации, где их проверяют на ВИЧ. Это отличный способ выявить ВИЧ-позитивных женщин и вовремя начать лечение. Так что очень важно начинать именно с таких основ – это не так уж и трудно.

- Не трудно, но когда уровень дискриминации и отрицательного отношения к ВИЧ-инфицированным чрезвычайно высок, это уже сложнее. В нашей стране беременные трижды проходят проверку на ВИЧ, но женщины опасаются этого анализа – они боятся даже услышать слово «СПИД». Они думают, что если пройдут тест, то обнаружат у себя ВИЧ или СПИД. Из-за этого предпочитают вообще не узнавать свой статус. Причем ситуация такая же даже в столице – в Киеве.

Понимаю, о чем Вы. Наличие хорошей системы здравоохранения еще не значит, что ею правильно пользуются. Но, конечно, проблема отрицательного отношения и дискриминации еще более значительна. Признаться, что ты ВИЧ-позитивный, очень непросто даже у нас в Нидерландах. Как же нам это изменить? Думаю, начинать нужно с лидеров, которые осмелятся сказать, например, что у их жены ВИЧ. Или вот как вы мне рассказали о своей семье. Это же совершенно нормально. Многим просто не хватает знаний, они даже не в курсе, что если лечиться, то вообще не сможешь никого заразить. В моей стране далеко не все об этом знают. Я и сам очень удивился, когда узнал об этом четыре года назад, начиная работать на должности Посла по вопросам СПИДа. Эти знания нужно доносить до людей. ВИЧ – нормальная болезнь, и хотя от нее нельзя полностью вылечиться, но ее можно приостановить и жить абсолютно нормально. Ожидаемая продолжительность жизни ВИЧ-позитивных людей почти такая же, как у остального населения. Об этом надо постоянно говорить. Но самое главное, об этом должны рассказывать лидеры мнений и знаменитости. Например, на этой конференции присутствуют Элтон Джон, принц Гарри, принцессы Нидерландов и Люксембурга.

- На постсоветском пространстве до сих пор невозможно не задеть политику, когда речь заходит о ВИЧ. До сих пор активистам тяжело работать в России.

Туда вообще сложнее попасть. Но дипломатам иногда проще найти выход из положения. Это помогает нам обсуждать ВИЧ с разных позиций: и с точки зрения прав человека, но также и как вопрос здравоохранения или экономики. Ведь проблема ВИЧ, конечно, касается преимущественно здравоохранения. Но в это же время она связана и с политикой.

Иногда главное – найти нужных людей. Вот как раз сейчас, пока мы разговариваем, на мониторе показывают интервью с мэром Амстердама. Почему мэр Амстердама такой рьяный участник борьбы с ВИЧ? На видео он говорит, что так вовлечен в проблему этой болезни в том числе потому, что его брат умер от СПИДа в 1992 году. Так что иногда именно личные истории мотивируют людей к борьбе.

 

Матеріал опубліковано на http://socportal.info/2016/10/06/lambert-grijns-osobisti-istoriyi-motivuyut-lyudej-do-borot-bi-z-vil.html